Май
10
2022

Как боевые действия меняют правовую реальность в РФ

контрагенты на грани провалаВоенные действия России на Украине уже привели к серьезным изменениям нормативно-правового поля и начинают прямо влиять на судебную практику, вводя в нее новые аргументы. Все чаще российский бизнес объясняет нарушения законов и договоров санкциями и действиями «недружественных стран», а суды признают эти обоснования легитимными. “Ъ” обсудил с юристами риски и возможности новой правовой реальности.

Как обнаружил “Ъ”, российский бизнес стал все активнее использовать в судах ссылки на западные санкции и происхождение контрагентов из «недружественных государств» как аргумент для смягчения своей ответственности либо вовсе для отказа от обязательств. Само понятие «недружественных» стран появилось в правовом поле РФ в мае 2021 года распоряжением правительства. В обновленный 5 марта список вошли США, Великобритания, Канада, Япония, члены ЕС и ряд других. В судах также нередко упоминается указ президента РФ от 28 февраля «О применении специальных экономических мер в связи с недружественными действиями США и примкнувших к ним иностранных государств», хотя применительно к иностранцам он запрещает лишь предоставлять им валютные займы.

За март—апрель упоминание «недружественных» стран встречается более чем в сотне арбитражных решений, а в нескольких десятках дел стороны и суды ссылаются на них в качестве главных или второстепенных доводов. Причем на последствия санкций и «происки врагов» российский бизнес пытается списать не только объективно существующие проблемы, но и просто собственные ошибки.

Нет дружбы — нет компенсации

Первым известным кейсом, где регистрация истца в «недружественном» государстве послужила главной причиной отклонения его требований, стало «дело свинки Пеппы». С такой мотивировкой Арбитражный суд Кировской области 3 марта отказал во взыскании компенсации британской компании Entertainment One UK Ltd, владеющей правами на изображение Пеппы, которое без разрешения использовал ИП Иван Кожевников.

Аргумент, сработавший в кейсе Пеппы, помог и другому предпринимателю. ABRO Industries в лице своего российского представителя ООО «Автобибика» требовала 50 тыс. руб. от ИП Александра Якушева за незаконное использование товарного знака ABRO. Арбитражный суд Севастополя 13 апреля отклонил иск по причине происхождения правообладателя из США, которые ввели санкции в отношении РФ. Действия истца по получению компенсации были признаны злоупотреблением правом.

Страдают представители «недружественных» стран и на более ранних этапах разбирательств. Например, ПАО ОНХП просило арестовать деньги на счетах ООО «МТ Руссия», с которого требует 46,7 млн руб., поскольку ответчик «контролируется юрлицами, являющимися резидентами недружественных государств» (Италия и Германия), а его «ключевой персонал» — граждане Италии. Истец отметил, что есть риск приостановки или прекращения работы в РФ иностранных компаний в одностороннем порядке. Арбитражный суд Омской области 16 марта согласился наложить арест.

 

Есть санкции — нет ответственности

Помогает новый тип обоснований и в чисто внутренних спорах. В таких случаях санкции и действия «недружественных» стран обосновывают нарушения обязательств по отношению к российским партнерам и бюджету или просьбу смягчить применяемые меры.

Так, ООО «Стеллажные системы» просило отменить часть наложенных по спору с налоговиками на 121 млн руб. обеспечительных мер в виде запрета открывать новые счета в банках. Компания обосновала проблемы с платежами санкциями против Сбербанка, ВТБ и Альфа-банка, из-за которых осложнились экспорт ее продукции и закупка сырья. Арбитражный суд Алтайского края 19 апреля разрешил компании открывать новые счета в банках, не затронутых санкциями.

Арбитражный суд Республики Крым 25 марта отказал администрации Керчи в аресте счетов ООО «Ген лизинг» по иску о взыскании с него 106 тыс. руб. долга по аренде земли и пени. Суд не увидел для этого обычных оснований, а введение санкций и мер господдержки отечественного бизнеса отнес к дополнительным аргументам против. В решении отмечается, что даже ФНС до 1 июня решила не замораживать счета должников с целью «снизить риски неплатежеспособности, связанные с ущербом из-за санкций».

Встречаются случаи, когда ссылка на санкции помогла снизить ответственность перед бюджетом. Так, в споре ООО «Рязань Маз Сервис» с налоговиками Арбитражный суд Рязанской области 1 апреля втрое уменьшил штраф за налоговое правонарушение (с 23 млн до 7,7 млн руб.), посчитав смягчающим обстоятельством «фактическую экономическую ситуацию с учетом введения недружественными странами санкций». Еще в одном налоговом деле Арбитражный суд Забайкальского края 4 апреля простил ООО «Роадтехникс» почти половину из 400 тыс. руб. штрафа. Учитывая «негативные последствия для субъектов экономической деятельности, вызванные новой коронавирусной инфекцией и недружественными действиями США и примкнувших к ним иностранных государств», а также меры по поддержке экономики, «суд полагает, что снижение размера штрафных санкций будет отвечать принципу баланса частных и публичных интересов и не нарушит принципы соразмерности и справедливости».

Госорганам тоже удается выгадать на ситуации. Так, энергосбытовая компания «Восток» требовала с Росимущества долг за электроэнергию и пени — в целом 111 тыс. руб. Арбитражный суд Тюменской области 30 марта согласился взыскать только 84,45 тыс. руб. По мнению суда, неустойка, начисленная по действовавшей в течение 11 дней (с 28 февраля по 10 марта) ключевой ставке ЦБ в размере 20%, «чрезмерно высока». «Резкое повышение ставки обусловлено необходимостью поддержания национальной валюты в условиях беспрецедентного санкционного давления, оказываемого на РФ недружественными государствами»,— говорится в решении.

Санкции отчасти способствовали введению реабилитационной, а не ликвидационной процедуры в рамках дела о банкротстве АО «Саратовский полиграфкомбинат». Хотя большинство кредиторов проголосовало за признание компании банкротом, суд решил прислушаться к мнению меньшинства (среди них ФНС) и ввести процедуру внешнего управления на предприятии. Суд объяснил свое решение в том числе «общей экономической ситуацией в стране» и санкциями, в период действия которых «недопустимо прекращение деятельности предприятий, имеющих экономический потенциал для продолжения безубыточной производственно-хозяйственной деятельности и сохранения трудового коллектива».

Закон без личных отношений

Пока практика презумпции виновности «недружественных» сторон отнюдь не стала повсеместной, и суды нередко сохраняют исключительно правовую позицию, отказываясь ее политизировать.

Так, Entertainment One удалось отстоять в двух инстанциях права на изображение той же свинки Пеппы в споре с другим ИП — Фиратом Ульмаскуловым. Заявленный ответчиком довод о «недружественной стране» истца 13 апреля отклонила апелляция, подчеркнув отсутствие как «мер воздействия, предусматривающих освобождение нарушителей прав на товарный знак от ответственности за ранее совершенные нарушения», так и «реторсий в отношении юрлиц, касающихся исключительных прав». Аналогично 4 апреля Арбитражный суд Республики Алтай взыскал с ИП Дмитрия Колотилина 75 тыс. руб. компенсации в пользу Harman International Industries за продажу контрафактных колонок, несмотря на регистрацию истца в «недружественных» США.

ИП Максим Моторин просил суд пересмотреть по «вновь открывшимся обстоятельствам» заключенное с финской Rovio Entertainment Corporation в марте 2021 года мировое соглашение о выплате компенсации за незаконное использование им товарного знака. Но Арбитражный суд Волгоградской области 18 апреля причин для этого не увидел. Также и ИП Владислав Куницин не смог избежать ответственности по ч. 2 ст. 14.10 КоАП за продажу контрафактных сигарет Marlboro и L&M. Доводы о происхождении правообладателя Philip Morris Brands Sarl из «недружественной» Швейцарии ему не помогли. Арбитражный суд Псковской области подчеркнул, что решался вопрос не о компенсации, а об административном нарушении, к тому же «регистрация товарного знака в Роспатенте гарантирует предоставление охраны товарному знаку именно на территории РФ».

Отфильтровывают суды и неуклюжие попытки формального использования «недружественной» аргументации, как в деле по иску ООО «1С» и ООО «1С-Софт» к ООО «Агрофирма «Ирбитская»» о взыскании 1,4 млн руб. за незаконное использование программы 1С. Первая инстанция компенсацию присудила. Но агрофирма оспорила решение, среди прочего подчеркнув, что ООО «1С» на 99,99% принадлежит кипрской «1С Лимитед» — «это может быть основанием для отказа в защите права недружественной страны». На это истцы возразили, что бенефициарами правообладателей выступают граждане РФ и нет сведений о совершении ими недружественных действий. Апелляция 18 апреля отклонила жалобу.

До сих пор многие суды защищают права иностранных кредиторов. Так, признанная банкротом Татьяна Ивакова возражала против включения в реестр ее кредиторов требований российского ООО ЭОС, поскольку оно принадлежит немецкой EOS Group и получаемая прибыль «перечислится собственникам в недружественном государстве». Но Арбитражный суд Алтайского края 4 апреля признал требования кредитора обоснованными. Указ президента дает возможность расплатиться по валютным обязательствам перед нерезидентами в рублях, но не прекращает сам долг, подчеркивается в решении, а Гражданский кодекс РФ «не предусматривает такого основания для прекращения обязательства, как принадлежность кредитора к недружественной стране».

Похожий довод заявляло и банкротящееся ООО «Шибель Энерго Групп», возражая против включения в реестр Schiebel Antriebstechnik Gesellschaft в том числе по причине регистрации в Австрии. Но Арбитражный суд Санкт-Петербурга 22 марта довод проигнорировал, хотя и отказал австрийской компании по другим основаниям. Также не удалась попытка ООО «Завод мобильных конструкций «Дон»» уйти от неустойки в пользу ООО «РН-Ванкор» за просрочку поставки трансформаторных подстанций со ссылкой в том числе на приостановку работы во время пандемии и невозможность исполнить договор из-за экономических санкций. Арбитражный суд Красноярского края 19 апреля снизил неустойку с 12 млн до 4 млн руб. по иным причинам, а влияние санкций и ковида счел недоказанным: «Сложившаяся в стране ситуация, связанная с введением ограничительных мер, не должна использоваться участниками гражданского оборота в качестве удобного средства освобождения себя от ответственности».

Поле процессуальных возможностей

Юрист компании «Арбитраж.ру» Антон Кравченко считает логичными попытки бизнеса «использовать сложившуюся ситуацию с санкциями как аргумент в спорах, чтобы отсрочить или снизить ответственность». «Неудивительно, что санкционные меры иностранных государств и контрмеры со стороны РФ влияют на позицию сторон»,— соглашается управляющий партнер юрфирмы Semenov & Pevzner Роман Лукьянов. По его словам, «любое изменение законодательства, которое потенциально может повлиять на исход дела, равно как и любое изменение внешних обстоятельств»,— это своего рода «процессуальная возможность», которой стороны пытаются пользоваться.

Количество таких попыток, по оценкам Антона Кравченко, будет только расти. «Другое дело, что далеко не в каждом споре это уместно»,— подчеркивает господин Лукьянов. Даже в случаях, когда на первый взгляд кажется, что кейсы схожи, доводы могут быть как оправданными, так и нет, добавляет ведущий юрист МКА «Князев и партнеры» Екатерина Усачева. При этом, отмечает она, отдельные российские лица «злоупотребляют правами и пытаются снять с себя ответственность даже за те нарушения, которые были допущены задолго до введения санкций».

Есть ситуации, в которых ссылка на геополитическую ситуацию действительно обоснована, признают юристы. Руководитель практики защиты репутации и информации АБ «А-Про» Антон Воробьев говорит, что «на недружественные действия логично ссылаться как на существенное изменение обстоятельств», чтобы изменить или расторгнуть договор в случае невозможности его надлежащего исполнения именно по причине таких действий. Например, если возникают сложности с поставкой иностранного товара, запрещенного к ввозу в Россию, поясняет госпожа Усачева. К такому развитию событий при заключении договора бизнес не был готов, подчеркивает она, «так как ситуацию сложно отнести к предсказуемой и охватываемой предпринимательскими рисками».

Антон Кравченко считает оправданными обеспечительные меры по аресту имущества и средств на счетах тех ответчиков, чьи владельцы зарегистрированы в странах, разрывающих экономические связи с Россией. «При подконтрольности организации иностранным лицам могут возникнуть сложности с дальнейшим исполнением решения суда,— уточняет госпожа Усачева.— Но иностранная компания может предоставить встречное обеспечение, чтобы избежать ареста счетов».

Юристы надеются, что обоснование судами отказов иностранным компаниям со ссылкой на их происхождение из «недружественного» государства не получит массового распространения. «Наблюдается много попыток «паразитировать» на прецеденте Пеппы, рассчитывая получить схожий результат»,— отмечает Антон Воробьев. Но пока, как правило, суды учитывают такие ссылки только в качестве дополнительных доводов для принятия решения, отмечает адвокат юргруппы «Яковлев и партнеры» Любовь Хохлова. Лишь в редких случаях факт принадлежности контрагента к «недружественным» странам выступает самостоятельным основанием для отклонения его требований. В связи с чем госпожа Хохлова рекомендует российским предприятиям «по возможности продолжать исполнение обязательств перед любыми контрагентами».

«Принцип коллективной ответственности не должен здесь применяться, так как он противоречит понятию «правовое государство»,— уверен юрист «КСК групп» Александр Шарапов.— Если имеется злоупотребление правом со стороны лица из «недружественного» государства, оно должно быть подтверждено конкретными доказательствами. Презумпция недобросовестности такого иностранного лица недопустима».

«Широкое применение практики отказа в удовлетворении иска по одной лишь формальной причине места регистрации истца в иностранном государстве по своей сути будет лишением иностранных компаний права на судебную защиту»,— объясняет господин Кравченко. С ним согласен Роман Лукьянов: «Это порочный и вредный в первую очередь для нашей юрисдикции и российского бизнеса путь». К тому же, «если массово в судебных делах во главу угла встанут не принципы правосудия, а происхождение участников процесса из недружественных государств, количество контрафакта, который и так широко распространен на российском рынке, только возрастет», предупреждает господин Воробьев.

«Мы должны понимать, что иностранные компании в большинстве случаев сами стали заложниками санкционной политики. А необоснованный отказ в охране и защите интересов иностранного бизнеса послужит поводом для еще большего его оттока»,— поясняет господин Лукьянов. Антон Кравченко уверен, что невозможность защитить активы, в том числе интеллектуальную собственность, будет стимулировать иностранных инвесторов к уходу из российской экономики. По мнению Екатерины Усачевой, предвзятое отношение российских судов к зарубежным организациям также будет способствовать распространению третейских оговорок в контрактах, чтобы избежать государственного правосудия.

Екатерина Волкова, Анна Занина

Источник

Об авторе:

Оставить комментарий