Новости «Есть ощущение, что банкротства не закончены» - RBC Daily

Тема в разделе "Новости о банкротстве", создана пользователем Joseph, 6 окт 2014.

  1. Joseph
    Offline

    Joseph Пользователь

    «Есть ощущение, что банкротства не закончены»
    RBC Daily
    Минувшим летом туристический рынок со скандалом покинули сразу несколько крупных операторов, включая «Неву», «Лабиринт», «Солвекс-Турне», «Южный крест» и «Версу». Счет пострадавших туристов идет как минимум на десятки тысяч человек. В Москве и Петербурге в «полуобморочном состоянии» пребывают еще несколько турфирм, считает президент «Натали Турс» Владимир Воробьев. Он рассказал, что заставляет операторов работать на убыточных направлениях из года в год и как обидно слышать упреки чиновников про отсутствие в отрасли саморегулируемых организаций.

    «Стржалковский в какой-то момент прогнулся»

    – У вас на сайте указано: в 2013 году «Натали Турс» обслужила 950 тыс. человек, товарооборот превысил $1 млрд, то есть это очень крупный туроператор. Теперь смотрим в реестр Ростуризма: у ООО «Натали Турс» заявленный объем средств, от которого рассчитывается размер фингарантии, составляет 444 млн руб., или около $14 млн по среднему курсу за 2013-й. По закону гарантия у вас должна быть на 53 млн руб., или 12% от заявленного объема, у вас она даже больше – 100 млн руб. Но ведь ее явно не хватит, если с «Натали Турс» что-то произойдет и она не сможет обслужить туристов.

    – Тут два момента. Во-первых, ни один из существующих туроператоров в России, наверное, не представлен одним юридическим лицом, и «Натали Турс» не исключение. У нас два туроператора – это ООО «Натали Турс» и агентство путешествий «Натали» [имеет гарантию на 30 млн руб.]. А у некоторых наших коллег, по моей информации, до 60 юридических лиц.

    Объяснение второе: по определенным услугам большинство туроператоров работают в России по агентской схеме, а эта схема работы подразумевает, что под оборотом компании понимается не весь вал денежных средств, который поступает, а только та наценка, та комиссия, которую ты получаешь при реализации авиаперевозки или чего-то там еще.

    Какой закон, такой и ответ со стороны участников рынка. Скорее всего, если сейчас будут внесены какие-то изменения в закон и застраховать надо будет 12% от реальных денежных поступлений туроператора, то у ведущих туроператоров размер гарантии должен будет достигать $300–400 млн. Понятно, что технически застраховать это будет практически невозможно. Ни одна страховая компания за это не возьмется – это слишком большие риски. Все-таки туроператорский бизнес характеризуется высоким оборотом, высокими обязательствами, которые берет на себя туроператор, очень низкой рентабельностью и практическим отсутствием активов. И тогда пойдут какие-то другие решения: видимо, будет продолжаться дробление бизнеса.

    Государство должно определиться, хочет ли оно видеть в выездном туризме ограниченное количество сильных игроков. Тогда, скорее всего, эти правила должны быть как-то скорректированы. Если хотят видеть множество средних туроператоров, тогда, наверно, рынок нужно и дальше регулировать в этом направлении.

    – Ваш гарант – «Ингосстрах», который работал и с «Ланта-тур» и выплатил ее клиентам самую крупную на данный момент сумму – 100 млн руб. После этого, как говорят ваши коллеги, интерес к туристическому рынку этот страховщик потерял. Как вам удалось остаться клиентом «Ингосстраха»?

    – «Натали Турс» работает с «Ингосстрахом», как мне кажется, с самого начала введения механизма фингарантий. Мы достаточно плотно общаемся как с руководителями компании, так и с менеджерами среднего звена. Мы достаточно прозрачны для них, они видят наши объемы, наши страховые взносы, которые мы несем. И они пошли навстречу, взяли на себя подобные риски.

    – У вас есть понимание, как на туристическом рынке появилась страховая компания «Восхождение» – она даже не входит во Всероссийский союз страховщиков, но оказалась гарантом десятков туроператоров?

    – У меня нет.

    – После этого летнего сезона как, на ваш взгляд, изменится ситуация с гарантиями операторов?

    – С моей точки зрения, наличие «Турпомощи» [задача ассоциации – создать за счет ежегодных отчислений компенсационный фонд для экстренной эвакуации туристов] себя оправдало, и, наверное, дальше просто надо как-то это дело улучшить. Что касается института страхового обеспечения, то, скорее всего, от него надо отказываться и, возможно, вводить какие-то другие инструменты.

    Например, в группе компаний «Натали Турс» есть сейчас туроператоры, работающие в Европе. И там, если брать Испанию, Францию или Италию, государство делает ставку, с моей точки зрения, не на крупный бизнес, а на мелкий и средний. Поэтому там достаточно легко выйти на рынок. Эта банковская гарантия колеблется от €30 тыс. в Испании до €100 тыс. во Франции.

    – А чем банковская гарантия отличается принципиально от обычной страховки?

    – Дело в том, что банк может проверить экономическое состояние в компании. Страховщики тоже проверяют, но это все-таки не финансовые институты, через них не идут обороты. А банк, если ты достаточно долго с ним работаешь, если ты имеешь оборотные средства через этот банк, вполне может выдать тебе банковскую гарантию без необходимости вносить депозит. Конечно, когда это новый бизнес, то никакой банк без реальных денег на депозите не даст гарантию. На мой взгляд, это более весомый инструмент защиты клиентов.

    В свое время ведь этот институт обсуждался. И изначально туроператоры хотели продавливать именно институт банковских гарантий. А потом – помните, там была война с Российским союзом туриндустрии, который выступал под девизом «защитим малый и средний бизнес»? [В 2006 году, когда принимался механизм финансовых гарантий, союз резко критиковал Ростуризм.] Стржалковский [Владимир Стржалковский, один из основателей турфирмы «Нева»; в 1998 году перешел на госслужбу, где на разных должностях курировал турбизнес, в 2004–2008 годах руководил Ростуризмом] в какой-то момент прогнулся, пошел на компромиссы. И получилось так, что 99% туроператоров, по существу, своими средствами не рискуют.

    – Много лет обсуждается страхование каждого тура, каждой путевки. Общее мнение – эта идея нереализуема. Почему?

    – Мне сложно сказать. Скорее, это говорят страховые компании. Меня вполне устроило бы. Я думаю, что и туристов бы это устроило. У нас же есть различные страховые инструменты, в частности от невыезда, и такая страховка стоит вполне разумных денег, несколько процентов от стоимости путевки. Если бы страховой рынок был готов нам предложить подобный инструмент, наверно, это бы всех устроило.

    «Что произойдет с «Лабиринтом», все понимали»

    – Вы упомянули «Турпомощь» как механизм, который показал свою эффективность. А вам не обидно, что в том числе и на ваши деньги вывозили туристов «Лабиринта», «Невы»?

    – Мне обидно. Мне обидно, что восемь–десять лет назад мы, туроператоры, которые сейчас, по существу, стали исчезать с рынка, создавали различные правовые инструменты для регулирования рынка, и мы активно пытались лоббировать институт саморегулирования. Мы понимали, что сам турбизнес лучше отрегулирует отрасль, чем чиновники. И АТОР [Ассоциация туроператоров России, создана в 2007 году крупнейшими туроператорами на волне противостояния Российского союза туриндустрии с Ростуризмом; АТОР активно выступала за введение механизма фингарантий] в свое время создавалась как прообраз СРО [саморегулируемой организации]. И мы достаточно много сил положили на то, чтобы сформировать набор документов и преобразовать АТОР в СРО. Потом команда пошла сверху, что не надо саморегулирования в туризме. А сейчас я читаю, как чиновники говорят: «Жалко, что в свое время туризм отказался от идеи саморегулирования».

    Вот это реально обидно. Потому что, если бы в рамках АТОР или РТС состоялся институт саморегулирования, мы бы так или иначе затащили и агентства в состав этих организаций с определенными обязательствами, и туроператоров, и сформировали бы и третейские суды, и типовые документы. И сейчас, наверное, у государства было бы гораздо меньше головной боли. Мы бы, наверное, сами не допустили той ситуации, которая есть сегодня. А теперь, по сути, ничего другого не остается, как дожидаться помощи от государства. Оно, видимо, сейчас наделит кого-то полномочиями регулятора. Я надеюсь, что это произойдет как можно быстрее. Потому что, конечно, какие-то изменения нужны для того, чтобы вернуть клиента на рынок.

    – Когда в 2011 году рухнул «Капитал Тур», на рынке все сказали: «Наконец-то это произошло». Все этого ждали, это стало сюрпризом только для туристов. С «Лантой» была та же самая ситуация. А то, что произошло этим летом, насколько для вас было ожидаемым?

    – Скажем так, была высокая вероятность того, что это произойдет с «Лабиринтом», все всё понимали. Потому что поменялся собственник, поменялась резко политика работы компании на рынке. Было понятно, что если нет какой-то финансовой подпитки, то рано или поздно вот этот демпинг, в котором они участвовали, приведет к финансовой несостоятельности.

    Ситуация на рынке Санкт-Петербурга тоже на поверхности, и она ни для кого не является откровением. Рынок очень тяжелый, исторически демпинговый. То, что завалилась «Нева» – это, конечно, определенным образом был сюрприз. Потому что у них был лучший рейтинг в Питере с точки зрения потребителя. Так что это следствие той негативной ситуации, которая на рынке Питера наблюдается уже несколько лет или даже десяток лет.

    – Одной из причин краха «Невы» и «Лабиринта» называли рекомендацию сотрудникам правоохранительных органов не ездить за рубеж. Это такая большая прослойка отдыхающих, которая могла так радикально повлиять на спрос?

    – Я думаю, немного другая ситуация. Отрасль в течение последних пяти лет очень существенно поменялась. Поменялась в количественном значении: у лидеров – «Пегаса», «Библио Глобуса» – обороты, наверное, уже в районе $3 млрд у каждого. Количественные изменения требуют качественных изменений в управлении. И мне кажется, что проблема в том, что во многих компаниях, которые создавались 20 лет назад и управлялись либо основателями, либо наемными менеджерами, но под контролем основателей, не удалось эту модель управления перестроить под новые требования отрасли. А дальше можно говорить о каких-то отдельных факторах, но сейчас компания на туристическом рынке должна быть адаптивной не только к росту оборотов, к росту рынка, но и к его падению.

    – А падает ли рынок? Зарубежная статистика о турпотоке из России это не подтверждает. Количество побывавших в Турции в июне этого года по сравнению с аналогичным периодом прошлого года выросло на 17%, до 805,3 тыс. человек, в июле – на 20%, до 805,4 тыс. Турция – самое массовое летнее направление, там отдыхает больше россиян, чем на всех других направлениях вместе взятых.

    – Мы же говорим про турпоток, который идет по линии туроператоров.

    – Разве в Турции такой большой поток самостоятельных туристов?

    – В Турции, возможно, нет, но если говорить про Испанию и Европу в целом, то там доля самостоятельных туристов резко выросла за последние несколько лет. Турист перестает уже пользоваться услугами туроператоров. Поэтому просто ориентироваться на статистику, которую мы получаем на границе, и судить по объемам туроператоров – это не совсем корректно. По крайней мере мы как специалисты по испанскому направлению видим: объемы не падают в целом, но объемы, которые генерируют туроператоры, из года в год снижаются. И это очень существенный фактор, который тоже туроператоры должны учитывать при организации своей деятельности.

    «Ничего хорошего от зимнего сезона не ждем»

    – Каким был этот летний сезон для вашей компании?

    – Наверное, это один из самых тяжелых сезонов за 20 лет существования «Натали Турс». И, конечно, основные проблемы начались с банкротства «Невы». Мы сразу почувствовали такое настороженное отношение клиента к происходящему на туррынке, сразу снизилась глубина продаж [разница между датой покупки тура и датой вылета по путевке], сократились ежедневные объемы продаж. И дальше это пошло как снежный ком. Когда это происходит в начале или в конце сезона, туроператоры в состоянии это отрегулировать, сняв дополнительные рейсы. Но когда это происходит в середине сезона, конечно, это создает колоссальные финансовые проблемы для всего рынка. Потому что самолеты законтрактованы, по половине самолетов уже продано до трети мест. То есть отменить рейс уже практически невозможно. И тут ты просто вынужден снижать цены. Поэтому рост объемов на отдельных направлениях есть, но финансовые показатели будут нелучшими.

    – Эпитет «катастрофа» много лет применяют к такому популярному летнему направлению, как греческое – каждый год на это направление выходит новый игрок и начинается демпинг. В последние два-три года постоянно «горит» Таиланд. Объясните, почему все продолжают работать на таких направлениях, теряя деньги?

    – Насчет того, что все, я не согласен. Например, мы в «Натали Турс» обнаружили несколько лет назад надвигающуюся катастрофу на греческом направлении и стали сокращать объемы. По сути, снижая объемы, ты уходишь с направления. Но ты сохраняешь некую базу для того, чтобы достаточно быстро и легко на это направление вернуться. Потому что если ты просто полностью с направления ушел, то ты теряешь основной актив, который называется «отношение». В туризме на этом в основном все и строится. И восстановить эти отношения с отельерами, принимающими компаниями быстро достаточно проблематично. В туризме такая бизнес-модель имеет право на существование, когда ты строишь свой бизнес, исходя из возможности быстро входить и быстро выходить из определенных продуктов.

    – Кто-то вообще зарабатывает в туризме? Отчетность немецкой TUI Travel и британской Thomas Cook свидетельствует, что их бизнес в России убыточен. Швейцарская Kuoni, которая купила «Мегаполюс», была убыточна и предпочла уйти из России. Швейцарская Hotelpan приобрела контроль в «Асент Трэвел» и тоже фиксировала убытки, а потом ушла с рынка.

    – Конечно, год на год не приходится. Я думаю, что этот год вряд ли оставляет надежды для крупных компаний на положительные финансовые результаты. Тем не менее есть отдельные направления, которые и в этом тяжелом году показывают положительную маржу, например Объединенные Арабские Эмираты. Поэтому, если компания очень гибко входит и выходит в те или иные продукты, если она не бьется за объемы, а бьется за прибыль и имеет гибкую модель, она может и в такой тяжелый год показать положительный финансовый результат.

    – Чего вы ждете от зимнего сезона?

    – На самом деле мы ничего хорошего не ждем. Если государство сейчас не вмешается и не поднимет имидж туротрасли, то рассчитывать не на что. Объемы продаж сейчас очень резко сократились в глубину: проседание от 30 до 80% в зависимости от направления [то есть туры приобретаются в последний момент]. Причем чем дороже направление, тем больше проседание. Турист не хочет брать на себя риски. Сейчас в самой тяжелой ситуации оказались, естественно, Карибы, Доминикана, Мексика, Куба, где мы наблюдаем просто панические настроения со стороны туристов. Там средний чек был $2–2,5 тыс. А по Эмиратам, где, несмотря на имидж дорогого направления, средний чек где-то в районе $1 тыс., проседание наблюдается меньше всего.

    Есть ощущение, что банкротства на «Солвексе» не закончены. Мне кажется, в Питере таких компаний а-ля «Солвекс» еще пяточек, которые на грани остановки своей деятельности. Несколько компаний, насколько я понимаю, и в Москве – тоже в таком «полуобморочном состоянии». Поэтому, если и дальше каждую неделю будет кто-то объявлять о своей финансовой несостоятельности, ожидать улучшения ситуации на рынке не приходится.

    Это с одной стороны. С другой стороны, мы не видим адекватного поведения со стороны игроков, то есть мы не видим, например, чтобы Coral и Anex, а они сейчас вместе одним конгломератом выступают, скорректировали свою полетную программу в Таиланд или во Вьетнам. И «Библио Глобус» не корректирует свои полетные программы.

    – Ключевым зимним направлением является Египет, который восстанавливается после прошлогодних политических событий. Тут какие прогнозы?

    – Как я уже сказал, проседают в первую очередь самые дорогие направления. А на бюджетных направлениях, наоборот, намечается рост спроса. И в этом плане, наверное, Египет в меньшей степени пострадает. Но здесь надо иметь в виду, что в последнее время Египет активно используется авиакомпаниями и туроператорами, у которых есть свои авиакомпании, для загрузки самолетов в зимний сезон. Поэтому там никто никогда и так зимой не зарабатывал, а в ситуации, когда проседают другие направления, куда могли бы летать самолеты, туда, видимо, будут поставлены еще более избыточные емкости, и туроператоры вряд ли смогут заработать на этом направлении.

    «Россиян там уже больше, чем немцев и англичан»

    – В 2000-х «Натали Турс» воспринималась как безоговорочный лидер по Испании. В 2007-м ваш партнер каталонская Grup Serhs указывала, что через «Натали» проходит 68% всего турпотока в Испанию. Но в середине 2008 года вы прекратили сотрудничество с Grup Serhs, создав собственную принимающую компанию. А Serhs стала работать с Tez Tour. Можно ли утверждать, что «Натали» потеряла лидерство на испанском направлении?

    – Лидерство мы не потеряли, мы по-прежнему туроператор №1 по Испании и генерируем значительно большие объемы, чем любой другой туроператор. Но здесь надо понимать: мы же имеем своего клиента. Это клиент массовых направлений, но который отдает предпочтение качеству и комфорту и который, что немаловажно, готов за это качество и комфорт доплачивать. У нас такая целевая аудитория. Условно говоря, если «Перекресток», то «Зеленый», если другие магазины, то скорее «Азбука вкуса», чем «Магнит». Поэтому, если на направлении вдруг по какой-то причине увеличивается доля бюджетников, которые едут с авоськами в отели 2–3 звезды за дешево, то понятно, что мы несильно по этому поводу переживаем. Мы сильно начинаем переживать, когда нас теснят из отелей 3+, 4 и 5 звезд. Пока для своего клиента мы рынок держим, защищаем. У нас по-прежнему достаточно большое количество эксклюзивных продуктов для российского рынка. Порядка 100 отелей мы эксклюзивно имеем под российский рынок, и там концентрируются основные продажи.

    – Сейчас заговорили о необходимости регулировать и туристическую розницу. На ваш взгляд, насколько это необходимо?

    – Если деятельность обычных магазинов регулируется, если существуют торговые инспекции, которые все это контролируют, то было бы, наверное, правильно, чтобы какие-то хотя бы минимальные требования существовали к турагентствам. Нам, туроператорам, конечно, было бы проще, если бы существовали какие-то стандарты, которые бы контролировались государством, и нам бы не приходилось запрашивать огромное количество документов, проверять их, посылать своих сотрудников смотреть офисы, выяснять, а реально ли эта фирма существует или нет. Но если этого нет, то мы в состоянии уж как-то свои 5–6 тыс. торговых партнеров отконтролировать.

    – Какой-то невеселый разговор получился...

    – Почему? Рынок структурируется. Сейчас пять–восемь туроператоров на рынке доминируют, и через них 80%, а может быть, уже и 90% организованных туристов выезжают за границу. Наверное, следующим этапом будет слияние и поглощение этих туроператоров. И мы видим, что какие-то обсуждения идут. Якобы «Библио Глобус» поглощает Tez Tour, или Tez Tour поглощает «Библио Глобус», или «Трансаэро» поглощает и тех и других. Никто точно не знает, что же там на самом деле происходит. С другой стороны, мы наблюдаем такой четкий альянс между Coral и Anex. По крайней мере маркетингово у них очень скоординированные действия, и это первый признак того, что в перспективе они могут тоже объединиться. Поэтому процесс консолидации продолжается.

    Агентский рынок тоже развивается и развивается достаточно стремительно. Если несколько лет назад только 15% продаж проходило через сетевые компании, то сейчас при примерно том же количестве сетей их доля в структуре продаж увеличилась. В «Натали Турс» уже до 40%. При этом каждый крупный туроператор – «Пегас», Tez, «Натали», Coral – имеет свои франчайзинговые точки продаж. То есть рынок, по-моему, достаточно нормально, динамично развивается.

    Куда сейчас ни приезжаешь, везде россияне отдыхают. И, слава богу, отдыхают достаточно организованно, качественно. С этой точки зрения проблем уже нет. В этом году все кричали: «Испания проседает!» Я на Майорке был. Да там на некоторых курортах россиян уже оказалось больше, чем немцев и англичан. Правда, в основном самостоятельных. Но тем не менее они там.

    – «Натали Турс» может быть продана?

    – К сожалению, мне кажется, ни TUI, ни Thomas Cook в ближайшее время не будут готовы к каким-то серьезным действиям на российском рынке. Они и с тем, что есть, похоже, не знают, что делать. Да и ситуация в России такова, что любые иностранные инвестиции сейчас под вопросом. С турецкими компаниями мы больших перспектив не видим. И не видим, чтобы какие-то российские инвесторы в настоящий момент были заинтересованы в создании неких структур.

    Мне кажется, проблема в том, что государство пока не определилось, каким же оно хочет видеть этот рынок. Когда сейчас, наверное, будут определены правила, будет назначен кто-то в качестве регулятора рынка и будет понятна перспектива инвестиций, я не исключаю, что они пойдут со стороны, может, того же Мордашова [S-Group Алексея Мордашова является крупнейшим акционером немецкой TUI AG; в России S-Group принадлежит 51% TUI Russia & CIS, СП с TUI Travel], и тогда все возможно. Но пока мы этих процессов не видим.

    [​IMG]


    Читать дальше...
     
Загрузка...

Поделиться этой страницей