Индекс проарбитражности российской судебной системы по итогам 2025 года достиг максимального значения за 12 лет — 93,6%. Об этом говорится в исследовании РАНХиГС «Российская проарбитражность: Федерация и регионы», которое проанализировало статистику 88 государственных арбитражных судов и 34,3 тыс. дел за 2014–2025 годы. Авторы изучили две категории дел — по обращениям за исполнением решений внутренних российских третейских судов и за их отменой. Таким образом, индекс проарбитражности складывается из двух параметров — индекса выдачи (процент выданных госсудами исполнительных листов на третейские решения) и индекса устойчивости (доля отказов в отмене решений третейских судов), которые в 2025 году составили 94,5% и 92,7% соответственно.
Арбитраж великого перелома
Показатели 2025 года контрастируют с ситуацией, сложившейся после принятия закона «Об арбитраже (третейском разбирательстве)» в декабре 2015 года. Напомним, реформа, ужесточившая требования к постоянным третейским судам и порядку их создания в целях избавления от мошеннических схем, привела к уменьшению их количества с сотен или тысяч (по разным оценкам) до нескольких штук. Соответственно, резко снизилось и число рассматриваемых в них споров.
Так, если в 2014 и 2015 годах госсуды рассмотрели по существу 4840 и 6138 обращений за исполнением третейских решений, то в 2019 году таких заявлений было всего 743, а в 2020-м — 595. Всего в 2018–2021 годах объем дел по исполнению решений арбитражей и их отмене сократился на 84% по сравнению с предыдущими четырьмя годами.
Интересно, что вместе с падением общего числа дел снизилась и лояльность государственной судебной системы. В 2018 году индекс проарбитражности опустился до минимальных 66%. В 2018–2021 годах госсуды отменяли 41,9% третейских решений, это рекордное значение за 12 лет.
Перелом произошел в 2021 году, после чего и объем дел, и благосклонность к третейским судам начали расти. Авторы исследования связывают это с постепенным формированием единообразной судебной практики после реформы. Так, в 2022–2025 годах отменялось лишь 14,7% третейских решений, а доля исполняемости достигла 93,6%. В 2025 году произошел резкий скачок количества обращений за выдачей исполнительных листов на решения третейских судов — рост на 79,7% год к году (с 834 до 1499) при сохранении высокого уровня исполняемости в 94,5%. Все это, по мнению исследователей, позволяет говорить о формировании устойчивого проарбитражного подхода к 2025 году.
В региональном разрезе
Региональная статистика показывает наибольшую концентрацию дел по исполнению третейских решений в Арбитражном суде Москвы, на который в 2022–2025 годах пришлось 1343 обращения, рассмотренных по существу. Второе место занял Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области (436 заявлений за те же четыре года), третье — Арбитражный суд Пермского края (298 обращений).
Отметим, что обращения за исполнением в этих судах за все 12 лет удовлетворялись в 91–94% случаев, однако с индексом устойчивости ситуация не столь радужна. В петербургском суде ни одно третейское решение не было отменено, правда, обращались за этим всего 13 раз. Однако в московском суде доля отмен составляет 25,9% по 661 заявлению, в пермском — 44,8% по 29 обращениям, что существенно выше средних значений по стране за весь период наблюдений (72,4%).
В узком третейском кругу
Объяснять высокий уровень проарбитражности исключительно ростом доверия госсудов к арбитражу было бы преувеличением, считает управляющий партнер АБ «Гребельский и партнеры» Александр Гребельский. По его словам, во многом это результат строгого отбора, который обеспечила реформа 2015–2017 годов. Ликвидация недобросовестных третейских институтов и концентрация разбирательств в узком круге одобренных Минюстом учреждений закономерно повысили качество решений, доходящих до госсудов. Старший советник Denuo профессор СПбГУ Олег Скворцов добавляет, что качество решений третейских судов обеспечивается высокой квалификацией, финансовой мотивацией и внутренней ответственностью арбитров, а также профессионализмом штатных сотрудников арбитражных центров.
Признавая в целом закономерные результаты исследования, юристы отмечают также его недостатки и упущения. Руководитель практики разрешения споров NK Legal Наталья Коновалова полагает, что нельзя говорить о высоком уровне лояльности или критичности к третейским судам в регионе, в котором рассматривалось одно-два таких дела в год, так как выборка для оценки слишком мала. Кроме того, партнер АБ NSP Илья Рачков указывает, что исследование не охватывает данные по исполнению в России решений иностранных арбитражей, хотя они должны учитываться при оценке уровня проарбитражности судебной системы. «Инвестиционная привлекательность юрисдикции напрямую зависит от предсказуемости разрешения спора. Поэтому точкой роста остается выработка доверительного подхода к иностранному арбитражу»,— подчеркивает госпожа Коновалова.
За пределами исследования остались
Александр Гребельский обращает внимание и на другие проблемы в третейской сфере: широкое толкование публичного порядка, позволяющее госсудам пересматривать дело по существу, и неработающий механизм обеспечительных мер, из-за чего победа в споре часто теряет практический смысл.
Илья Рачков считает, что поддержка госсудов в сборе доказательств для арбитража тоже остается недостаточной. Кроме того, указывает юрист, авторами не анализировались такие важные вопросы, как назначение и отвод арбитров, прекращение их полномочий госсудами, какие основания для отмены третейских решений чаще всего оказались успешными.
В связи с этим, по мнению Ильи Рачкова, высокие оценки исполняемости и устойчивости решений не дают в полной мере оценить, где именно возникают основные проблемы во взаимодействии третейских и государственных судов.
Олег Скворцов отмечает, что нередко причиной отмены третейских решений и отказа в их исполнении является оценка госсудом спора как неарбитрабельного, то есть не подлежащего рассмотрению в третейском суде. Прежде всего, это касается споров с участием госкомпаний и контрактов, касающихся государственных нужд, особенно в оборонной области. Причем однозначного подхода на этот счет в практике нет. Для исправления ситуации, полагает господин Скворцов, необходимо уточнить законодательство, чтобы устранить неопределенность норм, вызывающую разночтения у арбитров и государственных судей. Также, учитывая строгое регулирование третейской сферы, разрешительный порядок создания постоянно действующего арбитражного учреждения, депонирование правил и списков арбитров, которые имеют многолетний опыт и высокую квалификацию, Александр Гребельский считает важным последовательно расширять круг споров, которые в принципе могут рассматриваться в третейских судах.